Уведомят меня о визите, если да то за какое время?

Разъяснение руководителя ФМС России о применении ФЗ-115

Уведомят меня о визите, если да то за какое время?

Здравствуйте, уважаемые коллеги, иностранные граждане и посетители данного Сообщества.

Прошу прощения за то, что публикую очень часто разную информацию, но в связи с вступлением в силу изменений миграционного законодательства, почти каждый день появляется новая информация знать которую должны как сами иностранные граждане, так и работодатели, привлекающие иностранный персонал.

На днях у нас появился внутренний документ ФМС России, который предназначен руководителям территориальный органов ФМС России. В нем содержится очень важная информация, поэтому публикую его здесь целиком.

Начальникам (руководителям) территориальных органов ФМС России23.01.2015 г. № КР-1/2/2-691 «О применении норм 115-ФЗ»

Уважаемые коллеги!

В целях формирования единообразной правоприменительной практики норм Федерального закона от 25 июля 1992 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» (далее — Федеральный закон) разъясняем следющее:

1. Патенты, срок действия которых до 1 января 2015 года продлен уплатой налога на доходы физических лиц в виде фиксированного авансового платежа (от 1 до 3 месяцев), продолжают действовать в течение срока, на который они были продлены (в течение срока, за который был уплачен налог), либо до их аннулирования, без возможности продления после 1 января 2015 года.

2. Иностранные граждане, имеющие действительный патент (с учетом разъяснений ФМС России от 23 декабря 2014 г.

№ КР-1/4-20267) или разрешение на работу, выданные в 2014 году, а также въехавшие на территорию Российской Федерации в 2014 году и срок временного пребывания которых не истек, имеют право лично либо через лицо, выступающее в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации в качестве представителя данного иностранного гражданина (в случае установления субъектом Российской Федерации уполномоченной организации — лично через такую организацию) обратиться за получением нового патента без учета требований пункта 2 ст. 13.3 Федерального закона (в течение 30 календарных дней со дня въезда в Российскую Федерацию), но не позднее 10 рабочих дней до истечения срока действия вышеуказанных документов и срока временного пребывания в Российской Федерации. При этом в миграционной карте должна быть указана «работа» целью визита в Российскую Федерацию.

3.

В целях поддержания стабильной миграционной обстановки и предоставления трудовым мигрантам необходимого периода для адаптации к условиям реализации новой патентной системы в соответствии с пунктом 3 статьи 5 Федерального закона срок временного пребывания в Российской Федерации иностранных граждан, имеющих патент, выданный в 2014 году, срок действия которого закончился либо закончится в 2015 году, продлевать на тридцать дней со дня окончания срока действия ранее выданного патента для возможности определения своего дальнейшего правового статуса на территории Российской Федерации.

По истечении обозначенного выше срока иностранные граждане при условии отсутствия оснований для продления им срока временного пребывания в Российской Федерации, предусмотренных законодательством Российской Федерации, обязаны незамедлительно выехать за пределы территории Российской Федерации.

4. До поступления бланков патентов нового образца, предусмотренных приказом ФМС России от 1 декабря 2014 г.

№638, оформление патентов осуществляется на бланков патентов старого образца, изготовленных в соответствии с приказом ФМС России от 5 июля 2013 г.

№ 303, с обязательным внесением в поле «Особые отметки» категории работодателей (физическое лицо или юридическое лицо), что не исключает возможность иностранных граждан работать как у физических, так и у юридических лиц.

5. При приеме документов на оформление патента или разрешения на работу допускается принятие сертификатов государственного образца о владении русским языком, знании истории России и основ законодательства Российской Федерации, выданных для оформления разрешения на временное проживание или вида на жительство.

6.

В соответствии с пунктом 8 статьи 13 Федерального закона работодатели или заказчики работ (услуг) обязаны уведомлять о заключении трудового договора со всеми категориями иностранных граждан, как осуществляющих трудовую деятельность на основании патента и разрешении на работу, так и без документов, разрешающих осуществление трудовой деятельности (гражданами республик Армении, Беларусь, Казахстан, либо осуществляющими трудовую деятельность в соответствии с пунктом 4 статьи 13 Федерального закона).

В этой связи прошу организовать разъяснительную работу с работодателями, в том числе с использованием средств массовой информации.

7. Иностранные граждане, прибывшие в Российскую Федерацию в порядке, требующем получения визы, документы о подтверждении владения русским языком, знания истории России и основ законодательства Российской Федерации обязаны предоставить в территориальный орган ФМС в течение тридцати дней со дня фактической выдачи им разрешения на работу.

Руководитель К.О. Ромодановский

Источник: https://hr.superjob.ru/trudovaya-migraciya/razyasnenie-rukovoditelya-fms-rossii-o-primenenii-fz-115-o-pravovom-polozhenii-inostrannyh-grazhdan-1836/

Национальная Виза в Германию (Категория D) – Сроки, Стоимость, Нюансы

Уведомят меня о визите, если да то за какое время?

Информация, советы и рекомендации по получению немецкой национальной визы типа D для долгосрочного пребывания в Германии.

  • Информация о визе
  • Подача документов, стоимость

Потенциальным мигрантам в Германию нужно понимать отличия национальной визы от шенгенской или «гостевой». Помимо этих различий вы узнаете о документах, порядке и сроках оформления визового разрешения типа D.

После получения национальной немецкой визы иностранец может проживать в ФРГ более 3 месяцев. Под иностранным гражданином понимается любой человек, приехавший из страны, не входящей в Евросоюз.

ВАЖНО: Не пытайтесь предоставить в немецкое ведомство гостевой шенген типа C, чтобы получить вид на жительство. Рассматривать ваш вопрос о долгосрочном пребывании никто не будет! Вам придется вернуться на Родину и обратиться в Германское посольство именно за D визой.

Срок действия и география

Все преимущества национальной визы доступны только в ФРГ. Но если вы не планируете работать/заниматься предпринимательством в других государствах ЕС – она же дает право на въезд на их территорию.

  • Стандартная виза типа D действует 3-6 месяцев.
  • По срокам возможно исключение в случаях, когда заранее известно, что суммарное время пребывания составит до 1 года.

Чтобы остаться в Германии дольше, необходимо иметь ВНЖ (Aufenthaltstitel). Его выдают в Ausländerbehörde – учреждении, отвечающем за обращения иностранцев.

Многократный въезд-выезд разрешён.

Образец национальной визы в Германию

Когда актуальна

Причин для получения национальной немецкой визы множество. Среди наиболее частых:

  • СЕМЕЙНАЯ – бракосочетание с жителем Германии/Евросоюза, воссоединение с несовершеннолетним ребенком, являющимся германским гражданином.
  • ОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ – обучение, студенческий обмен, языковые немецкие курсы, повышение квалификации (Weiterbildung).
  • РАБОТА – длительная командировка за границу, независимый бизнес (Unternehmer), исследовательская и научная деятельность ученых, трудовая практика, наемная работа и пр.
  • ПЕРЕСЕЛЕНИЕ – поздних переселенцев немецкой национальности (Spätaussiedler) или мигранты по еврейской линии.

От документов и сроков выдачи к цене вопроса

Переходим к главному – как получить национальную визу в Германию, и какой список документов потребуется.

  1. Загранпаспорт. Должен быть действительным в течение всего срока получаемой визы категории D + 3 и более месяцев. Минимум 2 страницы чистые.
  2. Анкета. Заполняется 2 экземпляра формы и только на немецком языке. Если языковых знаний для грамотного заполнения недостаточно – обратитесь за услугами опытного консультанта-переводчика.
  3. Отпечатки пальцев. Снимают при подаче ходатайства Ausländeramt. Требование распространяется на всех, кто старше 12 лет.

Весь перечень бумаг представлен на сайте посольства. Чиновники могут запросить и иную документацию или пригласить на дополнительное собеседование (вас уведомят).

ВАЖНО: Все документы (в том числе: нотариально заверенные переводы свидетельств о браке, рождении и т. д.) представляются на немецком языке. Обязательно воспользуйтесь услугами профессионального переводчика! От правильного заполнения бумаг и ответов на вопросы сотрудников посольства зависит решение о выдаче разрешения типа D.

Сколько ждать решения

Процесс по рассмотрению анкет длительный – от 2 недель до 6 месяцев.

  • Играют роль причины поездки (о них речь шла выше).
  • Посольство в вашей стране вправе отправить заявление в Германию, где решение принимается уполномоченными органами.
  • При трудовой миграции проверяют вакансию (делается запрос на германскую биржу труда). Растянуть сроки может процедура с дипломом – его проверяют на соответствие немецким нормам непосредственно в ФРГ. Таких аспектов несколько.

НЕ СПЕШИТЕ РАССТРАИВАТЬСЯ! Вы в силах сократить сроки получения национальной немецкой визы. Внимательно ознакомьтесь с памяткой, которую выдают в Посольстве, и выполните все инструкции.

  • Подадите весь комплект нужных документов сразу – получите визу быстрее.
  • Забудете что-то или заполните неверно – это сыграет злую шутку и продлит ожидание…

Немецкую визу получить не так сложно, если выполнить условия посольства Германии

Стоимость «национального» разрешения

Стандартный консульский сбор равен 75 € (детям скидка – 50%). Некоторые категории мигрантов освобождаются от уплаты (студенты – стипендиаты фондов, дети или супруги немецких граждан).

Точную цифру сбора вам озвучат в посольстве в день подачи бумаг.

ВАЖНО: Учтите, что предварительное одобрение в уполномоченном учреждении не дает гарантий того, что посольство также даст добро. Не увольняйтесь заранее, не распродавайте имущество, и не покупайте билеты на самолет в Германию.

Только получив национальную визу на руки, приступайте к действиям.

06-09-2018, Евгений Лебедев

Источник: https://www.tupa-germania.ru/immigratsiya/nationalnaja-visa-d.html

На что имеют право сотрудники опеки? Из-за чего они могут забрать детей? Отвечает президент благотворительного фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елена Альшанская

Уведомят меня о визите, если да то за какое время?

Многие родители подвержены фобии, связанной с органами опеки: придут люди, увидят, что на полу грязно, найдут синяк у ребенка и заберут его в детский дом. «Медуза» попросила президента фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» Елену Альшанскую рассказать, на что имеют право сотрудники опеки и какими критериями они руководствуются, когда приходят в семью.

Вообще закон предполагает только один вариант «отобрания» ребенка из семьи не по решению суда. Это 77-я статья Семейного кодекса, в которой описывается процедура «отобрания ребенка при непосредственной угрозе его жизни или здоровью».

Только нигде вообще, ни в каком месте не раскрывается, что называется «непосредственная угроза жизни и здоровью». Это решение полностью отдают на усмотрение органов. И в чем они эту угрозу усмотрят — их личное дело.

 Но главное, если все же отобрание происходит, они должны соблюсти три условия. Составить акт об отобрании — подписанный главой муниципалитета. В трехдневный срок — уведомить прокуратуру. И в семидневный срок подать в суд на лишение либо ограничение прав родителей.

То есть эта процедура вообще пути назад для ребенка в семью не предусматривает.

Если сотрудникам опеки непонятно, есть непосредственная угроза или нет, но при этом у них есть какие-то опасения, они ищут варианты, как ребенка забрать, обойдя применение этой статьи.

 Также на поиски обходных путей очень мотивирует необходимость за семь дней собрать документы, доказывающие, что надо семью лишать или ограничивать в правах.

 И мороки много очень, и не всегда сразу можно определить — а правда за семь дней надо будет без вариантов уже требовать их права приостановить? Вообще, никогда невозможно это определить навскидку и сразу, на самом деле.

Как обходится 77-я статья? Например, привлекается полиция, и она составляет акт о безнадзорности — то есть об обнаружении безнадзорного ребенка. Хотя на самом деле ребенка могли обнаружить у родителей дома, с теми же самыми родителями, стоящими рядом. Говорить о безнадзорности в этом смысле невозможно.

Но закон о профилактике беспризорности и безнадзорности и внутренние порядки позволяют МВД очень широко трактовать понятие безнадзорности — они могут считать безнадзорностью неспособность родителей контролировать ребенка.

Полицейские могут сказать, что родители не заметили каких-то проблем в поведении и здоровье ребенка или не уделяют ему достаточно внимания — значит, они не контролируют его поведение в рамках этого закона. Так что мы можем составить акт о безнадзорности и ребенка забрать.

Это не просто притянуто за уши, это перепритянуто за уши, но большая часть отобраний происходит не по 77-й статье. Почему полиция не возражает и не протестует против такого использования органами опеки? Мне кажется, во-первых, некоторые и правда считают, что безнадзорность — понятия такое широкое.

Но скорее тут вопрос о «страшно недобдеть», а если и правда с ребенком что-то случится завтра? Ты уйдешь, а с ним что-то случится? И ответственность за это на себя брать страшно, и есть статья — за халатность.

Второй, тоже очень распространенный вариант — это добровольно-принудительное заявление о размещении ребенка в приют или детский дом, которое родители пишут под давлением или угрозой лишения прав. Или им обещают, что так намного проще будет потом ребенка вернуть без лишней мороки. Сам сдал — сам забрал.

Самое удивительное и парадоксальное, что иногда получается, что, выбирая другие форматы, органы опеки и полиция действуют в интересах семьи и детей.

Потому что, если бы они все-таки делали акт об отобрании, они бы отрезали себе все пути отступления — дальше по закону они обязаны обращаться в суд для лишения или ограничения родительских прав. И никаких других действий им не приписывается.

А если они не составляют акт об отобрании, то есть всевозможные варианты, вплоть до того что через несколько дней возвращают детей домой, разобравшись с той же «безнадзорностью». Вроде «родители обнаружились, все замечательно, возвращаем».

Опека никогда не приходит ни с того ни с сего. Никаких рейдов по квартирам они не производят. Визит опеки, как правило, следует после какой-то жалобы — например, от врача в поликлинике или от учителя.

Еще с советских времен есть порядок: если врачи видят у ребенка травмы и подозревают, что тот мог получить их в результате каких-то преступных действий, он обязан сообщить в органы опеки.

Или, например, ребенок приносит в школу вшей, это всем надоедает, и школа начинает звонить в опеку, чтоб они приняли там какие-то меры — либо чтобы ребенок перестал ходить в эту школу, либо там родителей научили мыть ему голову. И опека обязана на каждый такой сигнал как-то прореагировать.

Формально никаких вариантов, четких инструкций, как реагировать на тот или иной сигнал, нет. В законе не прописаны механизмы, по которым они должны действовать в ситуациях разной степени сложности.

Скажем, если дело во вшах, стоило бы, например, предложить школьной медсестре провести беседу с родителями на тему обработки головы. А если речь о каком-то серьезном преступлении — ехать на место вместе с полицией.

Но сейчас на практике заложен только один вариант реакции: «выход в семью».

О своем визите опека обычно предупреждает — им ведь нет резона приходить, если дома никого нет, и тратить на это свой рабочий день. Но бывает, что не предупреждают. Например, если у них нет контактов семьи. Или просто не посчитали нужным. Или есть подозрение, что преступление совершается прямо сейчас. Тогда выходят, конечно, с полицией.

Поведение сотрудников опеки в семье никак не регламентировано — у них нет правил, как, например, коммуницировать с людьми, надо ли здороваться, представляться, вежливо себя вести.

Нигде не прописано, имеет ли сотрудник право, войдя в чужой дом, лезть в холодильник и проверять, какие там продукты.

С какого такого перепугу, собственно говоря, люди это будут делать? Тем более что холодильник точно не является источником чего бы то ни было, что можно назвать угрозой жизни и здоровью.

Почему это происходит и при чем тут холодильник? Представьте себя на месте этих сотрудников. У вас написано, что вы должны на глазок определить непосредственную угрозу жизни и здоровью ребенка.

Вы не обучались специально работе с определением насилия, не знаток детско-родительских отношений, социальной работы в семье в кризисе, определения зоны рисков развития ребенка. И обычно для решения всех этих задач уж точно нужен не один визит, а намного больше времени.

 Вы обычная женщина с педагогическим в лучшем случае — или юридическим образованием. Вот вы вошли в квартиру. Вы должны каким-то образом за один получасовой (в среднем) визит понять, есть ли непосредственная угроза жизни и здоровью ребенка или нет.

Понятно, что вряд ли в тот момент, когда вы туда вошли, кто-то будет лупить ребенка сковородкой по голове или его насиловать прямо при вас. Понятно, что вы на самом деле не можете определить вообще никакой угрозы по тому, что вы видите, впервые войдя в дом.

У вас нет обязательств привести специалиста, который проведет психолого-педагогическую экспертизу, поговорит с ребенком, с родителями, понаблюдает за коммуникацией, ничего этого у вас нет и времени на это тоже. Вам нужно каким-то образом принять правильное решение очень быстро.

И совершенно естественным образом выработалась такая ситуация, что люди начинают смотреть на какие-то внешние, очевидные факторы. Вы не понимаете, что смотреть, и идете просто по каким-то очевидным для вас вещам, простым: грязь и чистота, еда есть — еды нет, дети побитые — не побитые, чистые — грязные.

То есть по каким-то абсолютно очевидным вещам: у них есть кровать — или им вообще спать негде, и валяется циновка на полу, то есть вы смотрите на признаки, которые на самом деле очень часто вообще ни о чем не говорят.

Но при этом вы поставлены в ситуацию, когда вы должны принять судьбоносное решение в отсутствие процедур, закрепленных экспертиз, специалистов, вот просто на глазок и сами.

Пустые бутылки под столом? Да. Значит, есть вероятность, что здесь живут алкоголики. Еды в холодильнике нет? Значит, есть вероятность, что детям нечего есть и их морят голодом.

При этом в большинстве случаев все-таки сотрудники органов опеки склонны совершенно нормально воспринимать ситуацию в семье, благоприятно. Но у них есть, конечно, какие-то маркеры, на которые они могут вестись, на те же бутылки из-под алкоголя например.

Риск ошибки при такой вот непрофессиональной системе однозначно есть. Но вообще эти сотрудники — обычные люди, а не какие-то специальные детоненавистники, просто у них жуткая ответственность и нулевой профессиональный инструмент и возможности.

И при этом огромные полномочия и задачи, которые требуют очень быстрого принятия решений. Все это вкупе и дает время от времени сбой.

Если говорить о зоне риска, то, конечно, в процентном отношении забирают больше детей из семей, где родители зависимы от алкоголя или наркотиков, сильно маргинализированы. В качестве примера: мама одиночка, у нее трое детей, ее мама (то есть бабушка детей) была алкогольно зависимой, но вот сама она не пьет.

Уже не пьет, был период в молодости, но довольно долго не пьет. И живут они в условиях, которые любой человек назвал бы антисанитарными. То есть очень-очень грязно, вонь и мусор, тараканы, крысы бегают (первый этаж).

Туда входит специалист органа опеки, обычный человек, ему дурно от того, в каких условиях живут дети, и он считает, что он должен их спасти из этих условий.

И вот эти антисанитарные условия — это одна из таких довольно распространенных причин отобрания детей. Но внутри этой грязной квартиры у родителей и детей складывались очень хорошие, человеческие отношения. Но они не умели держать вот эту часть своей жизни в порядке.

По разным причинам — по причине отсутствия у мамы этого опыта, она тоже выросла в этой же квартире, в таких же условиях, по причине того, что есть какие-то особенности личности, отсутствия знаний и навыков.

Конечно, очень редко бывает так, что опека забирает ребенка просто вообще без повода или вот таких вот «видимых» маркеров, которые показались сотрудникам опеки или полиции значимыми. 

в СМИ и обыденное мнение большинства на эту тему как будто делят семьи на две части. На одном краю находятся совершенно маргинальные семьи в духе «треш-угар-ужас», где родители варят «винт», а младенцы ползают рядом, собирая шприцы по полу.

А на другом краю — идеальная картинка: семья, сидящая за столиком, детишки в прекрасных платьях, все улыбаются, елочка горит. И в нашем сознании все выглядит так: опека обязана забирать детей у маргиналов, а она зачем-то заходит в образцовые семьи и забирает детей оттуда.

На самом деле основная масса случаев находится между этими двумя крайностями. И конечно, ситуаций, когда вообще никакого повода не было, но забрали детей, я практически не знаю. То есть знаю всего пару таких случаев, когда и внешних маркеров очевидных не было, — но всегда это была дележка детей между разводящимися родителями.

А вот чтобы без этого — не знаю. Всегда есть какой-то очевидный повод. Но наличие повода совсем не значит, что надо было отбирать детей.

В этом-то все и дело. Что на сегодня закон не предусматривает для процедуры отобрания обратного пути домой. А в рамках разбора случаев не дает четкого инструмента в руки специалистам (и это главное!), чтобы не на глазок определить экстренность ситуации, непосредственность угрозы.

И даже тут всегда могут быть варианты. Может, ребенка к бабушке пока отвести. Или вместе с мамой разместить в кризисный центр на время. Или совсем уж мечта — не ребенка забирать в приют из семьи, где агрессор один из родителей, а этого агрессора — удалять из семьи.

Почему ребенок становится зачастую дважды жертвой?

Надо менять законодательство. Чтобы не перестраховываться, не принимать решения на глазок. Чтобы мы могли защищать ребенка (а это обязательно надо делать), не травмируя его лишний раз ради этой защиты.

Записал Александр Борзенко

Источник: https://meduza.io/feature/2017/01/26/na-chto-imeyut-pravo-sotrudniki-opeki-iz-za-chego-oni-mogut-zabrat-detey

Перестарались: в Одессе после визита новых полицейских скончался мужчина (документ)

Уведомят меня о визите, если да то за какое время?

В Одессе после визита полицейского патруля (не бывших милиционеров, а разрекламированных новых патрульных!) умер 36-летний мужчина – Вячеслав Бондаренко. По словам его матери – 76-летней пенсионерки Полины Ивановны, ее сын был избит полицейским, а смерть наступила от разрыва внутренних органов. «Думская» разобралась в ситуации.

Слово – пострадавшей. Простите за длинную цитату, но в данном случае она необходима. Итак…

«Мой сын был запойным, страдал от алкогольной зависимости, — рассказывает Полина Ивановна. — Он инвалид третьей группы. Я пыталась бороться с его запоями, кодировала неоднократно, но все без толку. Накануне он ушел в очередной запой. Около 6 часов утра он в очередной раз начал требовать, чтобы я купила спирта и дала ему.

Когда я ему отказала, он продолжал возмущаться и просить у меня спиртного. Но не буянил и не дрался, он такого никогда не делал. Когда-то я такие скандалы уже пару раз пресекала – вызывала участковых. Вызвала и в этот раз милицию – хотела, чтобы они его образумили.

Обычно у них получалось – они с ним строго говорили, и он прекращал скандалить. В этот раз вместо участковых приехал наряд полиции – девушка и парень. Девушка сразу попросилась в туалет, а парень, выяснив, в чем дело, сразу сказал: мол, сейчас все уладит.

Мой сын в это время лежал на матраце на полу – когда у него были запои, я его перекладывала туда, чтобы не упал с дивана во сне.

Полицейский неожиданно вытащил дубинку и несколько раз ударил лежащего сына. Слава после избиения сел на матраце, по лицу у него стекала струйка крови.

Меня настолько ошеломило происходящее, что я не сразу поняла, что происходит! Ведь раньше, когда я вызывала участковых, они никогда сына не били, в каком бы состоянии он ни был.

Милиционеры обходились словами, и у них получалось образумить моего сына – после их ухода он затихал и больше спиртного не требовал.

«Зачем же вы его бьете? Что он вам сделал?» — спросила я у парня-полицейского. — «Не волнуйтесь, все будет теперь в порядке! Я ему наподдал так, что он теперь забудет про водку и спирт. Кстати, где у вас можно помыть руки?» — как ни в чем ни бывало ответил мне полицейский. Уходя, он еще пару раз ударил Славу дубинкой. Его напарница ни слова при этом не сказала.

После уезда полицейских сын лежал тихо, с закрытыми глазами, и ничего не говорил, лишь попросил налить воды. Я ненадолго уснула – практически всю ночь не спала. Через какое-то время я проснулась и взглянула на сына – он по-прежнему лежал с закрытыми глазами, но лицо у него было зелено-серого цвета. На мои слова он не отвечал.

Я поняла, что он без сознания и ему плохо. Вызвала скорую помощь – приехали они в начале одиннадцатого утра и сразу приняли решение госпитализировать Славу. Я поехала с ними. Видимо, Слава уже умирал – врачи прямо в машине делали ему массаж сердца, пытались реанимировать.

Привезли в 11-ю горбольницу, а через некоторое время из приемного покоя вышли три врача, которые сообщили мне, что мой сын умер. При этом один из врачей сказал, что умер Слава из-за побоев: мол, внутренние органы были просто разбиты.

Мне дали врачебное свидетельство о смерти сына, где черным по белому было написано: «причина смерти – повреждения внутренних органов от контакта с тупым предметом». После смерти сына мне почти две недели не давали его похоронить – ждали результатов вскрытия и акта судебно-медицинской экспертизы.

А потом выдали тело, разрешили похоронить и… вызвали в прокуратуру. Оказалось, что по факту смерти отрыто уголовное производство. Я несколько раз уже давала показания следователю прокуратуры, мне даже делали очную ставку с полицейским, который избил Славу.

Я его спросила: где честь мундира? И зачем он бил моего сына, ведь тот просто лежал на полу? Полицейский заявил, что он не бил сына и отвел глаза в сторону. Я абсолютно уверена, что сын погиб из-за побоев. До этого сын не выходил из дома несколько дней, поэтому подраться где-то на стороне просто не мог. На лице у него был застарелый синяк, он его получил за пару недель до этого.

На допросе следователь несколько раз намекнул мне, что Слава «мог умереть от цирроза печени». Но я сама видела, как полицейский его бил дубинкой. И в заключении о смерти отнюдь не случайно появилась запись о причине смерти. Кстати, когда Славу раздели в скорой, я увидела у него несколько длинных синяков поперек живота и груди – это были следы от дубинки…»

Мы перепроверили слова женщины по своим источникам. В милицейской (полицейской) сводке об этом трагическом инциденте говорится так:

«17.10.2015 года в Малиновский РО г. Одессы в 07:20 поступило сообщение оператора «102» о том, что по ул. Космонавтов… сын требует водки и спирта. По адресу выехал автопатруль полиции. Данное сообщение зарегистрировано в ЖЕУ (журнале единого учета) Малиновского РО г. Одессы за № 33369 от 17.10.2015 года.

Выехав туда, сотрудник полиции избил сына хозяйки, что в дальнейшем подтвердила хозяйка. Спустя несколько часов после визита полиции сын хозяйки был госпитализирован в ГКБ № 11 г. Одессы, где, не приходя в сознание, умер. По месту смерти в ГКБ № 11 выехала СОГ Суворовского РО г. Одессы.

По предварительным данным экспертов и следователя, смерть Бондаренко Вячеслава наступила от побоев. По факту смерти было открыто уголовное производство по части 2 ст.

 121 – «умышленное тяжкое телесное повреждение, совершенное способом, носящим характер особого мучения, или совершенное группой лиц, а также с целью запугивания потерпевшего… повлекшее смерть потерпевшего».

Ввиду того, что последний контакт потерпевшего был с сотрудником полиции, этот сотрудник сразу попал под подозрение. Против него дала показания мать потерпевшего.

«Следствию предстоит выяснить круг подозреваемых в совершении преступления и ответить на вопрос, были ли причинены телесные повреждения полицейским, или кем-либо другим, — говорит юрист Юрий Завгороднюк. — Однако то обстоятельство, что полицейские были последними, кто общался с потерпевшим, значительно осложняет позицию их защиты.

Ситуация очень непростая – на расследование этого преступления может повлиять политическая ситуация и власти. Не секрет, что имидж новой полиции противопоставляется «старой милиции» — в полиции просто не может быть места пыткам и избиениям.

Не хотелось бы, чтобы из-за возможного негатива для имиджа правоохранителей уголовное производство закрыли, приписав смерть потерпевшего «циррозу печени», «падению с дивана» или даже его пожилой матери».

Коллеги подозреваемого утверждают, что «такого не могло быть — просто потому, что не могло»: «Я, конечно, не исключаю, что наш сотрудник мог сорваться, но, поверьте, нас специально предупреждали о такого рода ситуациях, что нельзя бить дубинкой по голове, половым органам и животу», — говорит одна из сотрудниц патрульной полиции Одессы.

Пока идет следствие, Полине Ивановне приходится ходить на допросы к прокурорскому следователю и на очные ставки с полицейским.

«Он все отрицает, такие же показания дала и его напарница – мол, она ничего не видела. Полицейский приходит на допросы со своим адвокатом. У меня же из-за нищенской пенсии адвоката нет – просто нет денег. Очень боюсь, что смерть моего сына останется безнаказанной, а полицейский-убийца будет продолжать «воспитывать» людей с помощью дубинки», — говорит одесситка.

Начальник управления патрульной полиции Одессы майор Богдан Федун так прокомментировал произошедшее: «По данному факту поступала информация от оператора «102», и по адресу выезжал наряд патрульной полиции. В данный момент следствие устанавливает все причины и обстоятельства произошедшего. Сотрудник полиции отстранен от несения службы до результатов расследования».

Накануне публикации этого материала опытный одесский адвокат Валерий Судаков взялся бесплатно помочь матери Вячеслава Бондаренко отстоять правду в суде.

Мы продолжаем следить за ситуацией.

Автор – Александр Сибирцев

Источник: https://dumskaya.net/news/perestaralis-v-odesse-posle-vizita-novyh-policej//3/

Юр-решение
Добавить комментарий