Как выиграть дело у больницы при врачебной ошибке?

Вс рф разъяснил, как врачи должны отвечать за неправильный диагноз

Как выиграть дело у больницы при врачебной ошибке?

Может ли ошибочный анализ изменить жизнь человека настолько, что он потеряет семью, станет изгоем у соседей и отправится в суд требовать за все страдания миллион рублей? Да, может. Но кто при этом должен взвалить на себя бремя доказательств вины медиков? Это растолковал Верховный суд, когда пересматривал гражданское дело против областных врачей, фактически сломавших человеку жизнь.

Как получить компенсацию за врачебные ошибки

Эта жуткая по последствиям, но совершенно банальная трагедия случилась в Липецке. Там зимой в городскую больницу попал местный житель с диагнозом пневмония. Как и положено, в таких случаях у больного взяли кровь на анализ. Кровь в таких случаях проверяют на все, в том числе и на ВИЧ.

Но занимал место в палате на больничной койке гражданин всего сутки. На следующий день после взятия анализа мужчину вдруг резко и без объяснения причин выписали домой и попросили покинуть медицинское учреждение.

Больной сам добрался до квартиры, где в тот же день из телефонного звонка сотрудника Липецкого центра по борьбе со СПИДом узнал, что у него плохой анализ крови. По-научному – у него выявлена положительная реакция на ВИЧ.

От гражданина потребовали лично явиться в областной СПИД-центр. Там мужчине объяснили, что он болен, причем давно – больше года. А еще сказали, что он ставит под угрозу жизнь близких.

Поэтому они, медики, уже взяли на себя труд оповестить о его опасной болезни самого близкого человека – его жену. А еще у нового пациента СПИД-центра взяли дополнительный анализ крови.

Этот анализ показал, что гражданин совершенно здоров и СПИДа у него нет, и никогда не было.

Но было уже поздно. К этому моменту семейные отношения стали ухудшаться на глазах и закончились тем, что супруга собрала вещи и ушла. С уходом жены проблемы не закончились. Несмотря на то, что результаты второго анализа были уже известны, домой к мужчине в его отсутствие явились сотрудники СПИД-центра.

После ошибочного диагноза от пациента ушла жена, от него отвернулись и родные, и соседи

Дверь квартиры медикам открыл отец несчастного. Сотрудники СПИД-центра объявили пожилому человеку, что явились проконтролировать состояние больного ВИЧ, который проживает в этой квартире.

Примечательно, что этот неприятный разговор с отцом визитеры из СПИД-центра вели на лестничной площадке, так что свидетелями такой беседы стали соседи. Жертва ошибочного анализа, намаявшись, обратилась в суд.

Свои моральные страдания, порушенную семейную жизнь и вконец испорченные отношения с соседями мужчина оценил в один миллион рублей.

Но в местных судах он понимания не нашел. Судьи посчитали ошибку с анализом мелкой и не стоящей никаких денег. Обжалуя решения местных судов, гражданин дошел до Судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда. Там дело о страшном анализе перечитали, и заявили, что они не согласны с принятым решением.

Выяснилось, что местные суды точно установили следующее: у больного пневмонией гражданина при госпитализации взяли анализ крови и, как требует установленный порядок, отправили на проверку ВИЧ в СПИД-центр. На контейнере с кровью были написана фамилия истца.

Смертельную болезнь в этом анализе нашли. Позже сделали повторный анализ, который оказался чистым от СПИДа. А еще выяснилось, что в то же время, когда наш герой попал к медикам с пневмонией, в горбольницу поступил еще один пациент. Он точно был больной ВИЧ.

И у него так же взяли кровь, но до СПИД-центра по непонятной причине контейнер с кровью этого человека “не доехал”.

Суд точно установил – ошибочный результат анализа наш герой получил не в результате неправильного тестирования, а потому, что в центр пришел контейнер с кровью действительно больного человека, но маркированный его фамилией.

В Воронеже возбудили уголовное дело об издевательствах над ветераном

Был специальный пленум Верховного суда (N1 от 26 января 2016 года). Там четко сказано – презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должны представлять сами ответчики.

Областной суд, когда рассматривал это дело, сделал вывод, что вина врачей не доказана. Ни сотрудники больницы, ни врачи СПИД-центра не совершали “неправильных или некомпетентных действий”, которые привели к ошибочному диагнозу.

По мнению Верховного суда, местный суд, “нарушив нормы материального права”, необоснованно возложил обязанность доказывания вины врачей на самого пациента.

Хотя в Гражданском кодексе (статья 1064) сказано, что именно на ответчиков – врачей больницы или СПИД-центра должна быть возложена обязанность представить доказательства того, что они не виновны в том, что контейнер с зараженной кровью был подписан фамилией человека, не болевшего ВИЧ. Дело несчастного пациента Верховный суд велел пересмотреть.

Источник: https://rg.ru/2016/09/19/vs-rf-raziasnil-kak-vrachi-dolzhny-otvechat-za-nepravilnyj-diagnoz.html

Страшный суд: как наказывать за врачебные ошибки

Как выиграть дело у больницы при врачебной ошибке?

Анастасия Мельникова, обозреватель МИА “Россия сегодня”

“Мы все ошибаемся и платим за это”, — говорил доктор Хаус в одноименном сериале. Не все и не всегда. По крайней мере, многие из родственников и близких пациентов, погибших от врачебных ошибок, убеждены в обратном.

Тема об ответственности за врачебные ошибки спорная, даже скользкая. До сих пор у нас в стране нет точных статистических данных о том, сколько россиян погибает из-за неумышленных ошибок медицинских работников, из-за неправильно поставленного диагноза или не оказанной вовремя помощи.

Хотя бы какую-то информацию для исследования учета врачебных ошибок можно пока почерпнуть из данных по количеству рассматриваемых в судах уголовных дел. А в скольких подобных случаях дело вообще не доходит до судебного разбирательства?

Какие-то истории замалчиваются, какие-то вопросы решаются на месте, в досудебном порядке, порой родственники погибших пациентов вообще не подозревают о виновности врачей, о том, что можно было предотвратить трагедию в случае, когда “организм просто не выдержал”.

По последним данным СК России, в Москве и регионах растет число преступлений, связанных с врачебными ошибками.

Большинство их касается акушерства и гинекологии, хирургии, анестезиологии и реаниматологии, педиатрии, травматологии и кардиологии.

Сейчас достаточно трудно квалифицировать подобные преступления.

В большинстве случаев их расследуют по статье “причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей”.

Однако это все-таки обтекаемая и слишком общая формулировка, к тому же следователям часто сложно выбирать между несколькими нормами уголовного кодекса, которые соответствовали бы ситуации.

Громкие дела о врачебных ошибках

Из самых последних громких историй до суда дошло дело о врачебной ошибке в детском стационаре “Лениногорская ЦРБ” (Татарстан).

Республиканская прокуратура в конце октября выдвинула 32-летнему хирургу обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст.

109 УК Российской Федерации (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей).

По версии следствия, в конце ноября 2016 года хирург детского стационара Лениногорской ЦРБ, не оценив тяжести состояния малолетнего пациента (2012 года рождения), отпустил его домой, при этом выдав справку об отсутствии хирургической патологии.

Через несколько часов состояние ребенка резко ухудшилось, его доставили в реанимацию районной больницы, где он скончался.

Согласно заключению экспертов, смерть ребенка наступила из-за острой кишечной непроходимости (а именно такой диагноз ребенку сначала поставили в районной больнице и отправили в детский стационар), болевого шока и полиорганной недостаточности.

В Чеченской республике в суд направлено дело о врачебной ошибке в родильном отделении районной больницы (новорожденный умер).
Больница в Приангарье, где умерла роженица, должна выплатить семье погибшей 1,8 миллиона рублей.

В Нижегородской больнице следователи выясняли причину смерти ребенка, которому был поставлен диагноз “Острая респираторная вирусная инфекция”.

На Сахалине врачи допустили ошибку, удалив пациентке здоровую почку, и областной суд вынес решение о выплате компенсации морального вреда в 1,3 миллиона рублей.

И это лишь единицы из подобных громких историй, попавших в прессу или дошедших до суда.

“Основная проблема пострадавших из-за врачебных ошибок — добиться ответственности виновных медицинских работников, — считает председатель Межрегионального третейского суда Москвы и Московской области Олег Сухов. — На практике сделать это очень сложно. Во-первых, пациент далеко не всегда (из-за отсутствия специальных знаний) может понять, когда врач был неправ. Во-вторых, потому, что это очень закрытая система, где доктора друг друга защищают”.

В итоге, по мнению Сухова, добиться объективных результатов исследования очень тяжело.

С ним согласен основатель группы компаний по производству реабилитационной техники и социальный активист Роман Алехин: “Это действительно проблема — получить объективные результаты экспертизы по подобным деяниям.

Сейчас эксперты в большинстве случаев проводят исследование работы своих коллег, поэтому судебно-медицинские экспертизы следует выделить из ведомства здравоохранения. Можно, например, передать их в Минюст или в судебный департамент”.

Зачем менять закон?

В Следственном комитете предложили дополнить Уголовный кодекс статьей, предусматривающей ответственность именно за врачебные ошибки, — об этом РИА Новости рассказала представитель СК Светлана Петренко.

В ведомстве уверены, что появление в УК новой отдельной статьи позволит как минимум иметь возможность оценить динамику ятрогенных (связанных с небрежным исполнением медработниками профессиональных обязанностей. — Прим. ред.) преступлений.

“В целом такая инициатива нужна, но есть несколько нюансов, — считает социальный предприниматель Роман Алехин.

 — Было бы намного целесообразнее выделить правонарушения, совершенные медицинскими работниками и связанные с исполнением ими своих профессиональных обязанностей, в отдельные статьи УК Российской Федерации и КоАП Российской Федерации”.

Так, по мнению эксперта, можно предусмотреть отдельные статьи и за врачебную ошибку, которая повлекла тяжкие последствия, и за врачебную халатность, а также за взятку или неоказание помощи пациенту.

Почему врача нельзя судить как обычного преступника

Даже самый высокопрофессиональный медицинский работник не застрахован от ошибок. Как хирурги или другие врачи переживают свои оплошности, что они чувствуют, когда на операционном столе вдруг погибает пациент, знают только они сами.

Этой теме посвящено множество медицинских сериалов, в каждом из которых обязательно есть эпизоды и о врачебной ошибке, и о какой-то спорной с профессиональной точки зрения ситуации.

В небольших районных больницах вероятность ошибиться еще выше, хотя бы из-за того, что нет необходимого диагностического оборудования или высококвалифицированных докторов. Пациент может умереть и из-за того, что до стационара далеко ехать, — “не довезли”.

В каждом конкретном случае должны разбираться эксперты: была ли объективная возможность спасти больного? 

Сейчас, напомню, основные проблемы в этой сфере связаны с тем, что к таким правонарушениям (причинение смерти по неосторожности) применяются общие нормы — в них не учитываются особенности преступлений именно в области медицины.

Пример успешного выделения отдельных видов преступлений, по мнению Алехина, — это мошенничество в сфере кредитования (ст. 159.1 УК Российской Федерации), мошенничество при получении выплат (ст. 159.2 УК РФ), мошенничество с использованием платежных карт (ст. 159.3 УК Российской Федерации) и т.д.

“Однако на практике возможны и новые проблемы, — считает Роман Алехин. — Если снизится тяжесть преступления, то правоохранительные органы будут стараться квалифицировать эти деяния по общим составам. Стоит сразу прописать конкретные критерии: когда именно будут применяться специальные нормы”.

Выходом могло бы стать развитие института гражданско-правовой ответственности в этой области.

“Он есть и сейчас, но в России, в отличие от Запада, он практически не работает, — говорит председатель Межрегионального третейского суда Москвы и Московской области Олег Сухов.

 — Это было бы выходом в том смысле, что добиться положительного решения в гражданском судопроизводстве намного проще: у истца достаточно процессуальных прав для отстаивания своей позиции”.

К тому же, по мнению юриста, подобные иски на большие суммы приводят и к большей дисциплинированности врачей, ведь клиники могут уже сами обратиться к ним в порядке регресса или просто уволить сотрудника, за ошибки которого приходится платить.

Источник: https://ria.ru/20171106/1508189365.html

Лечение с дефектом: случаи врачебных ошибок в Томске

Как выиграть дело у больницы при врачебной ошибке?

Новости

История 23-летнего Влада, который скончался в больнице № 3, предположительно от приступа острого аппендицита и болевого шока, потрясла жителей города. В комментарии к записи, опубликованной в популярном паблике ВКонтакте, жители города выражают соболезнования семье Влада и просят проверить действия врачей в этой ситуации.

Автора поста пишет следующее:

Измученный и слабый Влад умер через 10 часов после того как его перевели в реанимацию. Реанимация – это то место, где человек находится на грани между жизнью и смертью. Где за него ведут борьбу! За Влада борьбу не вели!

В настоящее время томские следователи проводят проверку действий врачей горбольницы №3 и СибГМУ, куда также доставлялся молодой человек.

ТВ2 вспоминает случаи, когда врачей обвиняли в непрофессионализме и халатности.

В 2015 году томич во время занятий спортом получил травму. С острой болью в области ключицы он обратился в ближайший к нему  Сибирский федеральный научно-клинический центр ФМБА, медицинский центр № 2, где ему сделали рентген, а дежурный врач, осмотрев молодого человека, заверил, что перелома нет

Однако боль усиливалась. Спустя неделю мужчина обратился за консультацией в другое медучреждение, где ему диагностировали перелом ключицы и рекомендовали оперативное вмешательство. Чтобы окончательно удостовериться в диагнозе, мужчина обратился в третье медучреждение, где также был подтвержден диагноз «перелом ключицы».

После операции мужчина обратился в Кировский районный суд с требованием взыскать с медучреждения, в которое он первоначально обратился, компенсацию морального вреда. Дело в суде он выиграл: больница заплатила 35 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда и оплатила расходы на проведение экспертизы в размере 34,5 тысяч рублей.

В 2011 году школьная медсестра из села Мельниково Эрмине Арутюнян ввела Милене Коноваловой полную ампулу вакцины против туберкулеза вместо прививки от краснухи. Рука малышки покраснела и вспухла, от каждого прикосновения девочка испытывала жуткую нестерпимую боль.

«Одноклассникам Милены поставили прививки от краснухи еще в сентябре, а у моей дочери в тот момент был медотвод, — рассказывала ТВ2 мама школьницы Екатерина Коновалова. — Мы на «скорой» ее повезли и госпитализировали. Я виню докторов, что они сразу мне не сообщили, что случилось».

Сама Эрмине Арутюнян свою ошибку признала. Говорит, что за 18 лет ее работы подобное произошло впервые.

«Я сама не понимаю, как так вышло, — говорила медсестра. — Оставаться в медицине теперь я не смогу. Кто будет мне доверять?!».

Весной 2013 года томич Евгений Шалдо умер после посещения отделения челюстно-лицевой хирургии томской городской больницы № 3 во время удаления зуба мудрости: операция проходила под общим наркозом, и в какой-то момент мужчина начал задыхаться.

Действия врача-стоматолога и анестезиолога не привели к положительному результату, тогда в кабинет был срочно вызван врач-отоларинголог Илья Курбатов, который экстренно провёл трахеотомию. Во время операции была повреждена артерия, и пациент истёк кровью.

Рассмотрение уголовного дела длилось больше двух лет, врач-отоларинголог, проводивший трахеотомию, был обвинен в причинении смерти по неосторожности из-за ненадлежащего исполнения должностных обязанностей.

В итоге суд принял решение о прекращении уголовного преследования за истечением срока давности, однако в постановлении суда указано, что Илья Курбатов является виновником смерти пациента.

Впрочем,  в тексте постановления нет каких-либо указаний на запрет заниматься профессиональной деятельностью.

«По моему глубокому убеждению, указание на виновность Курбатова в постановлении — это плевок в сторону всего медицинского сообщества Томска, — говорил адвокат Ильи Курбатова Антон Тимофеев.

— В убийстве обвинили единственного человека, который пытался хоть что-то сделать для спасения мужчины, причем в экстренной ситуации. На суде не была дана вообще какая либо оценка действий врачей, стоматолога и анестезиолога, в результате действий которых у пациента не было дыхания 11 минут.

Вместе с тем они допустили массу нарушений, именно их действия привели к экстренной ситуации и проблемам с дыханием. Курбатов действовал в состоянии крайней необходимости. Шалдо умирал.

Вот вы только представьте, пациент задыхается, два молодых неопытных врача, один из которых, возможно, не рассчитал с дозой анестезии, что и привело к удушью, неизвестно что делают 10 минут, во время которых у них пациент давно мог умереть, и только потом вызывают опытного врача.

Тот бегом бежит, у него секунды для принятия решений, и он использует последний шанс спасти мужчину: берет скальпель и делает экстренную трахеотомию. Пациент начинает дышать, но из-за неправильного расположения сосудов истекает кровью. В чём виноват врач, и виноват ли он больше, чем его коллеги?».

В августе 2014 года 74-летняя пациентка медцентра «Лонга Вита» скончалась во время МРТ. Обвинения были предъявлены врачу поликлиники Верхнекетской районной больницы Вере Разумовой.

По версии следствия, она, зная о прямом запрете на МРТ лицам с кардиостимуляторами, выдала пациентке направление на МРТ поясничного отдела позвоночника в ООО «Гранд-Сервис» в Томске. Врач свою вину не признала.

Суд счел ее невиновной.

Прокуратура подала апелляцию в облсуд, не согласившись с оправдательным приговором. Дело направили на новое рассмотрение в Кировский районный суд.

Зарубежные ученые подсчитали, что в США из-за врачебной ошибки в 2016 году ежегодно умирают около 250 тысяч американцев. В России подобной статистики никто не ведет.

«Данные не только об ошибках недоступны, их никто не собирает, — комментирует доктор медицинских наук, президент межрегиональной общественной организации «Общество специалистов доказательной медицины» Василий Власов.

— Росздравнадзор, который должен был бы проводить проверки и иметь статистику, не делает этого. Вообще не проверяет качество медицинской деятельности.

Научные исследования в этой сфере не поощряются, мне неизвестно ни одного исследования частоты ошибок на материалах российских больниц и поликлиник. Даже просто статистика работы медицинских организаций в России «закрыта».

То есть она не секретная, ее просто не предоставляют. Почему? Думаю, потому, что даже неполная статистика о смертях и осложнениях лечения в наших больницах способна поразить до потери пульса. Иначе зачем же скрывают?».

По данным Следственного комитета, за первую половину 2016 года в следственные органы поступило более 2,5 тысячи сообщений о преступлениях, связанных с ненадлежащим оказанием медицинской помощи. По результатам их рассмотрения было возбуждено 419 уголовных дел. За это время от врачебных ошибок погибли 352 человека, из них — 142 ребенка.

О том, почему в России растет число врачебных ошибок и как с этим можно бороться, читайте здесь.

Источник: https://tv2.today/News/Lechenie-s-defektom-sluchai-vrachebnyh-oshibok-v-tomske

Доказать нельзя забыть. Почему украинцы даже не пытаются наказать врачей за ошибки | ВЕСТИ

Как выиграть дело у больницы при врачебной ошибке?

В США врачи ежегодно совершают тысячи ошибок, у нас же ни одной

Количество врачебных ошибок в Украине растет. Пациенты не торопятся идти в суды, считая, что таким образом выяснять отношения с врачами — дело бесполезное. Эксперты говорят: причины растущих ошибок — в некомпетенции врачей, которые часто просто покупают дипломы, в круговой поруке и отсутствии документов, регламентирующих медуслуги.

  • Из-за новаций Минздрава из аптек исчезла часть лекарств

Как ошибаются

В Новояворовской районной больнице №1 (Львовская обл.) по скорой доставили девушку с отеком легких. Судя по экспертизе, ошибся анестезиолог: вместо того чтобы подать дыхательную трубку в легкие, направил ее в пищевод девушки. В результате пациентка погибла. Но Галицкий районный суд Львова отказал родственникам даже в удовлетворении жалобы об отстранении врача от должности.

Реформа Минздрава. “Госзакупки по детской онкологии на 2016 год не начались”

В Броварах (Киевская обл.) умерла молодая мама, оставив сиротой долгожданного сына. Несколько дней после родов женщина жаловалась на сильные боли в животе, однако врачи ее выписали, заверив, что это естественное состояние после родов.

День спустя уже по скорой ее привезли в областную больницу, где обнаружили перитонит, возникший из-за разрыва аппендикса во время родов. Спасти молодую маму не удалось.

В роддоме убеждены, что их вины в этом нет, ведь женщина умерла из-за аппендицита.

Аналогичная история произошла на Львовщине — роженица умерла спустя два дня от острой интоксикации. Пять лет понадобилось, чтобы суд наконец рассмотрел это дело. Врач на заседание не явилась. А родственникам, которые воспитывают ребенка, сообщили, что срок давности истек еще два года назад.

15 декабря прошлого года двухлетнюю Веронику Симченко привезли в районную больницу поселка Мурованые Куриловцы (Винницкая обл.) с подозрением на ОРВИ. Мать ребенка рассказала, что у девочки была температура 39,5, но вскоре у нее начались судороги.

Веронику отправили в реанимацию, а позже перевезли в областную больницу. Там обнаружили, что девочке был неправильно поставлен катетер, в результате малышке пришлось ампутировать ручку. Позже девочка умерла.

Прокуратура Винницкой области взяла на контроль расследование, врач получил выговор, а обе медсестры, дежурившие с ребенком, уволены.

https://www.youtube.com/watch?v=LJXB5QShd_4

В конце января этого года массажист одного из столичных реабилитационных центров сломала ключицу шестимесячному ребенку, но никакого наказания не понесла. «Она просто сказала нам: «Извините, у меня такое первый раз за 14 лет».

А нам что с этого? Ограничение подвижности — это катастрофа», — рассказала мама ребенка. Но подавать в суд родители не спешат.

Не верят, что могут лишить массажиста права на врачебную деятельность, а расходы на суды себя не оправдают.

Реформу в поликлиниках Киева тормозят скандалы в очередях

Эксперт по медицинскому праву Зоряна Черненко считает, что в нашей стране судиться с врачами бессмысленно. «Инициировать дело против врача государственной больницы – трата времени. Он максимум понесет дисциплинарное наказание, даже на материальную компенсацию рассчитывать не приходится.

Если бы у нас врачи страховали себя на такие случаи, можно было бы рассчитывать на выплаты от страховой, но у нас такой практики нет.

В Америке ежегодно фиксируют больше тысячи врачебных ошибок, и по сравнению с ними у нас должна быть просто идеальная медицина, так как у нас нет ни одной», — говорит Черненко.

По ее словам, во всем мире ведется учет и анализ каждого отдельного случая, в Украине нет даже самого реестра. «Дела, когда суд признает виновным врача, можно пересчитать по пальцам. Прокуроры и судьи даже не знают, как правильно их вести, какие доказательства нужны и кто может быть свидетелем», — добавила Черненко.

Но главная причина, почему пострадавшие пациенты не могут выиграть суд, кроется в цеховой круговой поруке — врач врача никогда не выдаст.

«Пока существует система круговой поруки, доказать некомпетентность врача невозможно. После жалобы на врача для защиты «своих» сразу создается комиссия, и начинается переписывание медицинских документов.

Если родственники пациента идут в суд, то рассмотрение таких дел затягивается на года, ведь для установления причины и следствия нужна масса экспертиз. Они недешевые, их цена колеблется от 4 до 10 тыс.

грн», — отметил партнер юридической компании «Наказ» Арсений Салалайко.

  • Загадочная смерть: В Киеве умер полуторамесячный ребенок

Покупают дипломы

«Прецедентов, когда врача осудили, крайне мало, так как очень тяжело доказать факт врачебного вреда.

И здесь комплекс причин: и врачебная круговая порука, и отсутствие непредвзятых экспертов, и то, что больницы не обеспечены медикаментами, и недостаточная квалификация врачей, поскольку вся последипломная подготовка у нас сейчас – формальность», — рассказал «Вестям» член комитета по здравоохранению ВР Олег Мусий.

Об этом говорят и другие эксперты: «Достаточно узнать, сколько стоит купить диплом врача, и вы поймете, сколько стоит здоровье украинцев. Это общедоступная опция в Украине, которая, как и диссертации, авторизируется за деньги. Это самое очевидное объяснение тому, почему ошибок все больше.

Украинцы за один год со своих карманов вкладывают в систему здравоохранения более 50 млрд грн неучтенными наличными, поэтому у докторов — все хорошо.

И причина того, что количество ошибок растет и будет расти, — в их некомпетентности», — подчеркнул Дмитрий Шерембей, глава БО “Всеукраинская Сеть людей живущих с ВИЧ/СПИД”.

И добавляет: «Все пациенты, ложась под скальпель, играют в лотерею. У нас нет описания стандартов услуг, нет протоколов операций, поэтому доказать ошибку невозможно», — говорит Шерембей.

Подписывайтесь на самые свежие и актуальные новости на канале “Вестей” в Telegram

В связи с участившимися случаями использования эксклюзивных материалов газеты “Вести” и сайта vesti.ua без ссылок на первоисточник, напоминаем нашим читателям о законе об авторском праве и санкциях, предусмотренных за его несоблюдение. Мы приветствуем использование наших материалов, но только с гиперссылкой на Вести. В противном случае оставляем за собой право обращаться в суд.

Источник: https://vesti.ua/strana/224390-dokazat-nelzja-zabyt-pochemu-ukraintsy-dazhe-ne-pytajutsja-nakazat-vrachej-za-oshibki

Новости экономики и финансов СПб, России и мира

Как выиграть дело у больницы при врачебной ошибке?

ITAR-TASS

Волков павел

В июне 2011 года 32-летняя Наталья Иванова (имя и фамилия изменены — прим. dp.ru) попала в ГБУЗ “Городская больница №26” с подозрением на внематочную беременность. Там ее прооперировали и вкололи обезболивающее. Уже на следующий день на ноге в месте укола появилась опухоль, которая позже стала увеличиваться и загнивать и, как итог, молодая женщина чуть не лишилась ноги.  

В итоге она подала иск в Выборгский районный суд на горбольницу №26 с требованием возместить моральный и финансовый ущерб. Суд обязал учреждение выплатить пострадавшей 368 тыс. рублей.

Больница, в свою очередь, пыталась опротестовать это решение и обратилась с апелляционной жалобой в городской суд. Тот, к слову, оставил решение райсуда в силе.

В июле оно вступило в силу, а вчера, 13 ноября, вся сумма была перечислена на счет пострадавшей.

Как следует из материалов дела (есть в распоряжении dp.ru), компенсация морального вреда составила 100 тыс. рублей, возмещение расходов на восстановление здоровья — 111,56 тыс. рублей.

Остальная сумма — расходы на судебную экспертизу, консультации и на оплату услуг представителей.

 Примечательно, что женщине удалось отсудить деньги не только на компенсацию морального вреда, но и на косметическую операцию.  

По словам пострадавшей, ни главврач Василий Дорофеев, ни медсестра, сделавшая тот самый укол, ни лечащий врач своих извинений не приносили и вообще с ней не связывались. “Никто не был уволен.

Главврач отказывается предоставлять информацию о взысканиях, комитет здравоохранения молчит, ссылаясь на то, что это происшествие — “внутренне дело больницы”.

Я знаю, там проведена проверка, но ее данные мне не предоставлены”, — рассказала Наталья Иванова.

Так как здоровью Натальи был причинен вред средней тяжести, то в деле участвовал прокурор. Однако, привлечь врачей к уголовной ответственности оказалось невозможно. Согласно законодательству, вред средней тяжести, причиненный здоровью пациента, может стать причиной гражданского, а не уголовного разбирательства.

В суде Наталья и ее юрист требовали от медучреждения денежное взыскание за моральный вред и вред здоровью. В качестве доказательств они представляли фотографии, консультативные заключения специалистов, кассовые чеки.

По словам юриста пострадавшей Татьяны Заседателевой, иск был подан к больнице, а не к докторам, потому что, согласно гражданскому кодексу, за вред, причиненный работником при исполнении должностных обязательств, ответственность несет работодатель. “Врач Монго Т.Б. и медсестра Пахомова Ю.М. были привлечены к делу как третьи лица.

В нашей ситуации максимум, что работодатель может применить к ним, это выговор или лишение премии. Частный иск к врачу может быть лишь в том случае, когда он работает в частной практике”, — объяснила она.  

Медицинские чиновники уходят от ответов на вопросы об этом деле. Так, например, в комитете Петербурга по здравоохранению происшествие комментировать отказались, сославшись на отсутствие нужного специалиста. А в приемной главврача больницы №26 (указан на официальном сайте больницы) два дня никто не брал трубку.

Dp.ru выяснил, что медицинские ошибки встречаются в Петербурге не редко. И почти всегда врачи не просто отрицают свою вину, но и намеренно затрудняют расследование.

Петербуржцы нечасто обращаются в суды за возмещением денег из-за врачебной ошибки. Дело в том, что очень сложно доказать причинно-следственную связь: ситуация произошла из-за индивидуальных особенностей больного или из-за недосмотра врача.

“В расследовании таких дел должно проводиться много экспертиз, поэтому медицинские судебные процессы обычно очень тяжелые. Если ситуация не разрешилась на стадии досудебных переговоров, то судиться будут очень долго.

Сначала нужно доказать вину врача, перенесенные страдания, только потом можно рассчитывать на возмещение морального ущерба”, — пояснил главный врач клиники “CORIS assistance” Лев Авербах. По его словам, врача горбольницы и, тем более, медсестру вряд ли уволят за такое. “Во-первых, непонятна степень их вины.

Не доказано, был ли у медсестры какой-то умысел или серьезные нарушения техники работы, когда она ставила укол. Во-вторых, работать некому. Уволишь эту медсестру, вполне возможно, что на ее место придет другая, еще хуже”, — подытожил он.

Причиной произошедшего председатель СРО НП “Медицинская палата Санкт-Петербурга” и основатель Группы компаний “МЕДИ” Тамаз Мчедлидзе называет несовершенство законодательной базы в медицине. “В стране нет четких стандартов оказания медицинской помощи.

Те, которые есть, слишком размытые, поэтому в России медицина — это не наука, а искусство. Если бы у нас, как на западе, каждый шаг врача в виде стандарта был бы привязан к юридической ответственности, то ситуации, возникшей с Натальей, не произошло бы”, — уверен господин Мчедлидзе.

По его словам, перенести такую схему работы на государственные медучреждения практически невозможно, потому что они работают за бюджетные деньги в рыночных условиях.

“Плюс, страна, которая зарабатывает деньги не на качестве человеческих ресурсов, а на природных ресурсах, просто-напросто не заинтересована в качестве тех самых человеческих ресурсов. Грустно, но так оно и есть”, — подытожил он.

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter

Обсуждаем новости здесь. Присоединяйтесь!

Источник: https://www.dp.ru/a/2013/11/12/Vrachebnaja_oshibka_oboshlas

Юр-решение
Добавить комментарий